"АГЛИЦКИЙ КЛУБ"

Зайдя в главный корпус Тюменского Государственного Университета, тот самый, который на улице Семакова, и пройдя вестибюль, нужно повернуть налево и дойти до конца. Там будет лестница, по ней нужно подняться на третий этаж. Прямо перед вами будет окно, окрестности этого окна - се и есть то, что в 1980-е годы называлось Аглицкий клуб.

И в те же 1980 оно являлось довольно-таки важным культурно-идейным центром культурно-идейной жизни города Тюмени указанного периода: на переменах здесь собирались молодые люди университета курить, а еще при этом обмениваться новостями и мнениями обо всех подряд явлениях и проявлениях и всячески обсуждать все проблемы и вопросы - напр., см. сообщ. Азов П.

Тон задавали в этих обсуждениях студенты английского отделения факультета романо-германской филологии, почему се и получило название клуба не какого-нибудь, а Аглицкого. Собирались курить именно здесь вот почему: там мужской сортир, рядом с этим окном, и, на самом деле, курить полагалось именно в нём. Но все курили не в сортире, а рядом, и университетскими властями по непонятным причинам это почему-то не преследовалось.

Достопримечательностью А.К. многих лет 1980-х годов было наличие видного тюменского деятеля Немирова М. (см.), возлежащего на указанном подоконнике. Ибо у указанного окна есть подоконник, и весьма значительной ширины. И М.Немиров, обучавшийся в первой половине 1980-х годов здесь филологическим наукам, автор этих строк, целыми днями на этом подоконнике лежмя лежал с утра до вечера, читая какую-нибудь научную книжку.

Ему и идти было отсюда некуда, поскольку ему было свойственно в эти годы не иметь постоянного места жительства (см. Бурова С.), главное же - нравилось ему тут! Тепло, удобно, в библиотеке двумя этажами ниже сколько угодно самых увлекательных книжек, со всех сторон - ослепительной свежести девушек, поражающих восторгом ум, а в придачу здесь всегда было можно настрелять - по 20-30 копеек с носа - на поесть в студенческой столовой, а то и на выпить. Более того: его здесь аж даже в начале 1990-го года можно было порою обнаружить, спустя почти пять лет по получении диплома. Было ему при этом стыдно: вот ведь приперся, великовозрастный балбес! - но не припираться всё-таки не мог: очень уж ему здесь нравилось!